18 июня 2016 года в Карелии произошла одна из самых страшных катастроф в истории российского детского отдыха.
Группа из 47 детей, отдыхавших в лагере «Парк-отель "Сямозеро"», отправилась в сплав, проигнорировав предупреждение МЧС. Роковой шторм начался в самый разгар прогулки на каноэ и плотах. Ветер достигал 15–20 м/с, начался ливень. Два каноэ перевернулись, дети оказались в ледяной воде: 33 человека спаслись, 14 — утонули.
«АиФ. Карелия» вспоминает роковые события десятилетней давности.
Фигуранты и сроки
Трагедия вскрыла чудовищные системные проблемы. Как выяснилось позже, организаторы похода знали о непогоде, но всё равно вывели детей на воду. Когда ребята заметили, что ветер усиливается, взрослые ответили им, что они просто струсили. В лодках находилось больше детей, чем допускали нормы, спасательные жилеты были не по размеру, а часть оборудования оказалась неисправна.
«Накануне похода всем было известно: объявили штормовое предупреждение. Однако руководитель лагеря сказал, что поход состоится», — рассказали «АиФ. Карелия» люди, знакомые с ситуацией.
Деревня Кудама — ближайший к месту гибели детей населённый пункт. Именно сюда прибежала за помощью 14-летняя Юлия Король. Девочка выбралась на берег и помогала вытаскивать из воды других детей. Позже её наградили медалью «За спасение погибавших».
Ужаснула и реакция официальных лиц. Детский омбудсмен Павел Астахов, приехавший к выжившим, спросил у одной из девочек: «Ну что, как поплавали?» Фраза вызвала шквал возмущения, а через несколько месяцев он покинул свой пост.
На третий день после трагедии были арестованы владелица лагеря Елена Васильева и её заместитель Вадим Виноградов. Суды длились годами. В итоге обоим дали по 9,5 года колонии общего режима. Инструкторов осудили позже — в 2023 году — Валерию Круподерщикову и Павлу Ильину дали по шесть и пять лет колонии общего режима соответственно. При этом Ильин должен выплатить семьям потерпевших почти 18 млн рублей.
«Директору лагеря присудили возместить 21 млн рублей, а парню-практиканту, который ни за что не отвечал — немногим меньше!» — рассказала «АиФ. Карелия» Валерия Зилевская, подруга Павла Ильина.
Надо сказать, ранее собеседники «АиФ. Карелия» рассказывали, что с молодыми тренерами у них сложились хорошие, дружеские отношения.
«Это были студенты, но им всем было 18 лет, и они с нами прекрасно ладили, даже дружили, — рассказал тогда журналистам выживший постоялец лагеря Александр Браун, которому на момент трагедии было 13 лет. — Очень обидно, что винят за всё инструкторов и вожатых, врут, что они только о себе заботились. Инструктор Валера во время потопа держал на себе детей, а сам был под водой. Он хотел, чтобы дети могли дышать. Да, он некоторых детей не удержал на воде, но не каждый же вообще так сможет! Люда, которая в каноэ перевернулась, тоже на себе детей держала. А их сейчас во всём обвиняют. Это несправедливо!»
Фигурантами уголовного дела долгое время были сотрудники Роспотребнадзора РК — на тот момент руководитель ведомства Анатолий Коваленко и его заместитель Людмила Котович. Сторона обвинения настаивала на том, чтобы отправить их в колонию-поселение на шесть лет. Спустя годы, пока шли разбирательства, Петрозаводский городской суд, а затем и Третий кассационный суд Санкт-Петербурга признали их невиновными.
Часть чиновников, отвечавших за закупку путевок, и вовсе освободили от наказания из-за истечения срока давности.
«Одни сознательно делали бизнес с кучей нарушений и долгое время неплохо зарабатывали на этом, другие — спустя рукава проверяли и контролировали всю эту деятельность (кстати, тоже за зарплату), а виноватыми оказались студенты-практиканты! — считает житель Петрозаводска Сергей Масляков. — Думать за себя и за них должны были взрослые и отвечать за совершённое преступление должны именно организаторы и контролёры этого бизнеса».
Коварное озеро
Главный итог трагедии — закон. В 2016 году был принят федеральный закон, ужесточивший требования к детскому отдыху: контроль, безопасность, спасательные посты. Спустя три года правила ужесточили ещё раз: ввели региональные реестры организаций, работающих с детьми, и изменили систему закупок — теперь решающим фактором стала не минимальная цена, а качество и безопасность. Но цена этих перемен — 14 детских жизней. И память о них жива до сих пор. Почти каждый год на берег Сямозера приезжают родственники утонувших ребят. Вспоминать тот роковой день им тяжело до сих пор.
«Сямозеро — очень коварно: в обычную погоду — тишь да гладь, а в шторм ветер здесь такой силы, что выкорчевывает деревья на берегу. Все местные жители об этом знают. Этой водной прогулки в принципе не должно было быть, — рассказал «АиФ. Карелия» бывший житель деревни Эссойла Михаил. — На берегу установлен памятник погибшим детях, а лагерь, конечно же, не работает — какой дурак захочет туда ребёнка отправить?»