Сколотить материнский капитал. Ребенок нужен ради денег

Вот уже два месяца за маленького Богдана из Петрозаводска идут судебные битвы и разворачиваются настоящие интернет-баталии. По решению органов опеки мальчика передали приемным родителям из Волгограда, но его петрозаводская семья продолжает оспаривать изъятие ребенка. Правда, последний судебный вердикт практически не оставляет шансов на возвращение малютки в родной город.

Лишили отцовства

Действительно, волгоградской семье удалось в суде поставить шах и мат петрозаводчанам. До сих пор Алексей Шевченко – именно он был записан отцом в свидетельстве о рождении ребенка – мог претендовать на возврат мальчика домой. Однако грамотные действия новых родителей Богдана лишили его такой возможности. А именно они подали в петрозаводский суд иск с требованием лишить мужчину отцовства.

Статья по теме

Без роду, без ДНК. Две семьи будут делить ребенка в суде

Причин тому было предостаточно. В частности, он отказывался делать ДНК-тест, а его бывшая супруга и мать малютки не раз называла настоящим отцом мальчика своего нового сожителя. Алексей Шевченко даже пытался оспорить свое юридическое отцовство в суде – так его испугала перспектива выплачивать алименты новой семье мальчика. Поэтому суд встал на сторону приемных родителей из Волгограда. Решение о лишении отцовства было принято 9 сентября.

Теперь несостоявшийся папаша не может считаться законным представителем ребенка. А значит, оспаривать решения органов опеки в судебном порядке он тоже не вправе.

Заполучить деньги, а не ребенка

Примечательно, что на протяжении полугода петрозаводская семья Богдана не проявляла никакого интереса к ребенку. В ночь на Рождество жену Алексея Шевченко – на тот момент уже бывшую – задержали сотрудники полиции. Женщина с младенцем на руках была пьяна. Мать отправили в вытрезвитель, малютку поместили в инфекционную больницу. После за сыном она не пришла – мальчика пришлось определить в дом ребенка.

Статья по теме

За цыплят ответишь. Бизнесмен побил женщину-депутата

«С рождения до отправки в приемную семью он был в опасности, – комментирует историю Богдана уполномоченный по правам ребенка РК Геннадий Сараев. – Мать практически всегда была пьяной, жила в разных местах, бросала мальчика. Что касается якобы отца и бабушки ребенка, то они приходили и заявляли, что он чужой и его навязывают. На то есть свидетельские показания».

Но что же вдруг кардинально меняет ситуацию? Почему у Алексея Шевченко внезапно просыпаются отцовские чувства? Причина тому проста и банальна – деньги. Один способ избежать уплаты алиментов – доказать отсутствие своего родства с мальчиком, второй – оставить его себе. Один не сработал, пришлось сделать ставку на другой. Но алименты – ладно. Есть же много чего еще.

«Оказывается ведь, что есть материнский капитал и выплаты на ребенка в возрасте до трех лет, – поясняет Геннадий Сараев. – То есть существует возможность использовать мальчика для получения мер социальной поддержки. И они об этом, к сожалению, говорят в суде. Есть протоколы судебных заседаний, в которых русским по белому записаны слова петрозаводской семьи ребенка, которая даже не скрывает свои мотивы. Они говорят не о том, что хотят воспитывать ребенка, а о том, что хотят получить выплаты. Возникает вопрос: в чьих интересах было оставить мальчика в ситуации, в которой он оказался никому не нужен и рассматривался как способ получения материальных благ?»