Почти 60 тысяч озёр, речушек, болот, гор и даже крошечных канав — и это только начало. В Карелии заработал уникальный сайт «ТопКар», где каждый может найти историю названия своей малой родины.
За этим стоят 50 лет экспедиций, сотни километров пешком по бездорожью, беседы с последними носителями языка и настоящая охота за названиями, которые могут исчезнуть навсегда. Как измерить любовь словами и буквально прошагать республику в их поисках — в материале «АиФ. Карелия».
Ключ к пониманию
Проект создания открытой геоинформационной системы топонимии Карелии поддержал в 2021 году Российский научный фонд. До этого ГИС «Топонимия Карелии» была локальной и существовала только для внутреннего пользования учёных. Теперь же в открытом доступе появился «ТопКар — Топонимия Карелии» – геоинформационный ресурс, созданный под руководством кандидата филологических наук, старшего научного сотрудника Института языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН Екатерины Захаровой. Но на самом деле работа началась гораздо раньше.
«Топонимической школе Карелии уже больше 50 лет. Датой её основания мы считаем 1970 год, когда в секторе языкознания появилась Нина Николаевна Мамонтова, ставшая основоположницей научной картотеки топонимов», — рассказала «АиФ. Карелия» Екатерина Захарова.
С 1970 года начались ежегодные топонимические экспедиции в районы Карелии, разве что пандемия коронавируса чуть сбила график. И это притом, что профильных специалистов в Карелии очень мало — буквально по пальцам одной руки пересчитать. Они выезжают в сельскую местность — настоящую сокровищницу географических названий, путешествуют не только по Карелии, но и к соседям, например в Архангельскую, Ленинградскую, Вологодскую, Мурманскую, Тверскую области, где тоже проживают (или когда-то жили) карелы и вепсы. Большая работа ведётся с картами, чертежами и планами разных веков, со статистическими и архивными документами.
В деревнях раньше давали названия всему: маленькому оврагу, тонкой речушке, неприметной низине, тропинке, колодцу. Отсюда и такое количество материала, который оказался буквально на карандаше у учёных. Кстати, речь не только о географии, но и о прозвищах жителей той или иной деревни или о кличках домашнего скота: это важная информация для этнографов, фольклористов и краеведов.
Всё аккуратно собирали в бумажной картотеке (одной из самых больших в стране!). Сейчас в ней около 300 тыс. единиц хранения на русском, карельском и вепсском языках. В начале 2000-х годов лингвист Ирма Муллонен предложила перевести информацию в электронный формат. Так в XXI веке картотека начала жить уже в виртуальном пространстве, правда, пока ещё не вся, но работа постоянно продолжается, топонимы также постепенно привязывают к карте, что даёт ключ к пониманию названий.
«Сайты с топонимами в последнее время стали появляться, как грибы. И любители пытаются объяснить известные географические названия, но на деле многие такие трактовки не имеют ничего общего с наукой. Мы решили, что пора исправлять эту ситуацию — надо и нам выходить в Сеть. Нельзя чахнуть над картотекой, как Кощей над златом», — убеждена Екатерина Захарова.
Зачем топить муку в проруби?
Многие названия Карелии существуют в двух разноязычных форматах: на русском языке — в официальной практике, на карельском или вепсском — в устном бытовании у местных жителей. Названий населённых пунктов, существовавших ещё 50 лет назад в Карелии, уже и нет, да и носителей знаний с каждым годом становится всё меньше. Но благодаря титанической полувековой работе собрано столько информации, что хватит на годы вперёд.
Работа с топонимами не «сухая», хоть и с шелестом бумаги. Например, учёные как-то получили тёплую благодарность от семьи, которая нашла информацию о прадедушкиной мельнице. Да и как не быть эмоциям там, где ради одного слова (но какого!) порой надо пешком пройти сотни километров и поговорить с удивительными людьми. Так, Ирма Ивановна обошла всё Заонежье, посетила практически все вепсские деревни.
Кажется, за прошедшие годы исследователи уже многое повидали и их ничем не впечатлить. Но это не так.
«Лично меня удивило в своё время то, насколько точно наши предки — и карелы, и вепсы — передавали в названиях форму объектов на местности, не имея специальных средств, что есть в нашем распоряжении сейчас. Как они называли круглое по форме озеро Круглым, кривое — Кривым, а треугольное — Треугольным, не видя его сверху? — вопрошает Екатерина. — Или их способность давать иносказательные названия: например, сравнивали форму озера с ножом, ковшом, штанами и даже кантеле».
На сайте «ТопКар — Топонимия Карелии» есть разные разделы. Так, выделен целый корпус топонимов с легендами и преданиями, в которых местные жители объясняют происхождение и значение названий окружающих их географических объектов. Одни истории очень точны, другие имеют фольклорный контекст. Так, о названии карельской деревни Ahvenlakši (Ахвенлакши, Окунева Губа) имеется такая запись: «А откуда взялось название деревни?» — «Название деревни пошло от залива (губы)». — «А почему Окуневой Губой назвали?» — «Потому что рыбный залив был». — «Было там окуней много?» — «Было, было».
А про озеро Huttulambi (от карельских huttu – «каша из муки, загуста», lambi — «лесное озерко») учёным рассказали следующее: «Ехал мужик на лошади, вёз муку. Проголодался. Прорубил он прорубь на озере и сунул туда мешок с мукой со словами: «Приготовлю сейчас загусту». На самом деле карельское слово huttu в названии озера характеризует его топкие берега.
Есть раздел «Топонимы с ошибочным написанием».
«К работе по заполнению этого раздела мы только недавно приступили. Есть наш сайт — труд учёных, а есть Государственный каталог географических названий на сайте Росреестра. По Карелии там два списка: с названиями населённых пунктов и наименованиями остальных географических объектов республики. Названия, представленные в госкаталоге, мы видим на картах, в атласах, на дорожных указателях. Их собирали профессиональные картографы, но, скорее всего, они не владели карельским и вепсским языками, поэтому многие карело- и вепсскоязычные названия записывались с ошибками, возможно, топонимы искажались и в дальнейшем при их перепечатывании русскоязычными сотрудниками ведомств и издательств», — объясняет Екатерина Захарова.
Так, на карте и в госкаталоге можно найти озеро Эйнуламби, а должно быть Хейнюламби (от карельских. heiny — «трава, сено», lambi — «лесное озерко», т. е. буквально «сенное озеро»), а гора Кювимяги должна быть записана как Кивимяги (от kivi — «камень, каменный», mägi — «гора», буквально «каменная гора»). Увы, именно искажённые формы названий, представленные в госкаталоге, сейчас официальные, и таких в Карелии тысячи. Меняется не только звучание и облик топонима, но и его смысл. Например, озеро Киви в Муезерском муниципальном округе. Почему «киви»? Имеет ли это отношение к фрукту или птице? Нет, на самом деле оно Кивиярви и переводится как «каменное озеро». Озеро Куарнизъярви («Воронье озеро») сократили до Карниз (и местные жители произносят его уже с ударением на последний слог, хотя в карельских названиях оно ставится на первый). Учёные такое переосмысление географических наименований называют опасным: из-за него можно утратить связь с истоками.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
