aif.ru counter
138

Журналистам «нужно держать руку на пульсе»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 13. "АиФ-Карелия" №13 30/03/2016
Роман Кульгускин / АиФ

В тоже время и сами журналисты зачастую в погоне за сенсацией или ради какого-то своекорыстного интереса злоупотребляют свободой слова. Как разобраться в том, кто прав и кто виноват, и как свободно говорить на любые темы, не опасаясь попасть под топор законодательства, и чего надо избегать при общении в социальных сетях, «АиФ-Карелии» рассказала гость редакции, медиа-юрист Елена Пальцева.

Следите за словами

Сергей Хорошавин «АиФ-Карелия»: Елена, вы определяете себя как «медиа-юрист». В чем заключается ваша специализация?

Елена Пальцева
Елена Пальцева Фото: Из личного архива

Елена Пальцева: В том, что я специализируюсь на конфликтах, которые так или иначе связаны с журналистикой, медиапространством, и шире - свободой слова и свободой мнения. Не секрет, что эти свободы гарантированы нам Конституцией. Между тем, законодательство в этой сфере постоянно меняется, вводятся все новые и новые ограничения и запреты, и многие люди попадают в юридическую ловушку просто из-за вольности формулировок. И сегодняшняя практика такова, что даже за комментарий в социальной сети запросто можно оказаться в суде.

 -Такие прецеденты в Карелии есть?

 Да, и их немало, и я сейчас даже не говорю о примерах с уголовным преследованием за экстремистские воззвания. Есть дела и другого плана. Так, к примеру, одна из петрозаводчанок оставила в популярной группе в социальной сети «Вконтакте» запись, в которой в нелицеприятной форме прокомментировала известие о том, что в магазинах города торгуют хлебом, на упаковке которого проставлена «завтрашняя» дата. Один из местных хлебокомбинатов расценил это как ущерб его деловой репутации и подал в суд на горожанку, требуя возместить репутационный ущерб и судебные издержки. И суд первой инстанции с этим согласился, взыскав с женщины 60 000 рублей.Во второй инстанции, благодаря помощи юристов, петрозаводчанка сумела отклонить эти претензии. Суд учел, что любой комментарий в социальных сетях по факту выражает именно личное мнение и является оценочным суждением, на которое каждый гражданин России имеет право. Однако здесь есть одна тонкость – форма, в которой выражено это мнение. Сейчас мы поддерживали, но в суде проиграли похожее дело – одна из жительниц Кеми в социальной сети прокомментировала задержание мэра Кеми, директора местной управляющей компании и чиновника из администрации по подозрению в даче и получении взятки. Пользовательница соцсети в комментарии к этой новости назвала фигурантов дела преступниками. Но, как известно, никто не может быть назван преступником до приговора суда, поэтому подозреваемые по этому делу обратились в суд и взыскали с женщины по 1 рублю морального ущерба и по 10 тысяч судебных издержек каждый. Прецедент – печальный, но мы пока не теряем надежды дождаться суда над фигурантами дела о взятке, и, если их вина будет доказана, то вновь обратиться в суд, чтобы пересмотреть наше дело с формулировкой «по вновь открывшимся обстоятельствам». В целом же, эти прецеденты доказывают, что каждый человек, оставляющий комментарии в соцсетях, должен в полной мере осознавать свою ответственность за те определения и обвинения в адрес конкретных лиц и организаций, которые могут в них содержаться.

Досье
Елена Пальцева. Родилась 7 апреля 1978 года в Кондопоге. В 2000 году окончила Петрозаводский государственный университет по специальности юриспруденция. Практикующий юрист, эксперт в области информационного права, автор справочных пособий по вопросам российского законодательства о СМИ. Доцент юридического факультета Петрозаводского государственного университета, член ОП РК Юридической службы по защите прав журналистов и блогеров, кандидат юридических наук.

Под арест – за полотенце

При этом есть такое ощущение, что гайки все сильнее закручивают, и в суды иногда отправляются дела, противоречащие здравому смыслу…

-Да, как известно, у нас была печальная ситуация с блогером Вадимом Штепой, который получил сутки административного ареста за публикацию у себя на странице изображения финского танка со свастикой. Сам Штепа объяснял, что это никакая не пропаганда нацизма, а обычная фотография, сделанная им во время путешествия в Финляндию, но суд не внял этому объяснению. Сначала суд оштрафовал Штепу, а когда тот вывесил еще и изображение вологодских полотенец с так называемыми «солярными символами», то посчитал его злостным нарушителем и приговорил к аресту. После ареста блогер уехал из России и сейчас попросил политического убежища в Эстонии.

Впрочем, есть и более обнадеживающие случаи – так, к примеру, один из популярных в Карелии интернет-порталов разместил на сайте статью, посвященную как раз запрету на изображение свастики, снабдив её иллюстрацией игрушечных солдатиков Третьего Рейха. За эту иллюстрацию сайт хотели привлечь к ответственности, но в этот раз суд встал на сторону журналистов, признав, что хотя, конечно, демонстрация нацистских символов и была осуществлена, но её публикация не носила пропагандистских целей, а, значит, закон нарушен не был.

Доверие к власти и к прессе

- И все-таки направление работы у вас выбрано тяжелое, и, наверное, не очень благодарное. Не секрет, что доверие читателей к СМИ сейчас серьезно упало, да и сами журналисты иногда путают свою работу с пропагандой. Может быть, не стоит прессу защищать – сами виноваты?

- Без свободы слова и свободы мнения невозможно развитие общества и страны. Это очевидно. С другой стороны, также нужно признать, что многие журналисты и СМИ часто злоупотребляют этой свободой в своих целях. У меня также возникает вопрос - а можно ли считать государственные СМИ настоящими средствами массовой информации, с учетом того, что они и финансово, и административно полностью зависят от воли своих учредителей, и фактически занимаются не объективным информированием читателя о происходящем вокруг, а выполняют государственный заказ? Искренне сочувствую в этом смысле журналистам районных газет, у которых муниципальные власти часто напрямую требует «лакировки действительности». И понятно, что такая политика в конечном итоге вредит именно самой власти – читатель со страниц газеты узнает, как хорошо живется в его городе или поселке, а потом выглядывает в окно и сравнивает увиденное с тем, что он прочитал. О каком доверии к СМИ после этого может идти речь? Но есть и обратная ситуация – те немногие оппозиционные СМИ, которые сохраняются, начинают наперекор провластным СМИ описывать ситуацию исключительно в чёрных красках, и у читателя опять возникает диссонанс с тем, что он видит и тем, про что он читает. Это серьезнейшая проблема журналистского сообщества, да и всего общества в целом, поскольку без независимой и объективной прессы страна нормально развиваться не может.

- Так может быть, и ограничения, которые вводит государство, в таком случае оправданы?

- Любые защитные меры должны быть разумны и оправданы. Вот, к примеру, нашумевшее дело с депутатом из Суоярви Заваркиным, который в сердцах заявил, что раз России не нужна Карелия, то, значит, нужно отделяться. Его признали виновным в сепаратистских призывах и присудили штраф. Но надо ведь учитывать, что Суоярви - это, пожалуй, самый депрессивный район Карелии, самый нищий, и у Заваркина искренне болит сердце за своих земляков. Эта фраза вырвалась от отчаяния, от желания хоть как-то достучаться до чиновников. Государство, защищаясь, часто действует необдуманно, иногда чрезмерно жестко, вызывая в обществе раздражение. Власть должна быть разумной, она должна держать руку на пульсе общественных настроений, чтобы своими неуклюжими действиями не вызывать у людей отторжения, и, пытаясь добиться стабилизации, достигать обратного эффекта. Действия государства, как и прессы, должны быть разумными, взвешенными, объективными, и прибегать к самым серьезным мерам воздействия – вроде уголовных статей или хлестких заявлений в прессе – только в самых тяжелых и запущенных случаях.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах