Примерное время чтения: 6 минут
219

Своими глазами. Ледокол «Виктор Черномырдин» прошел испытания

Алексей Гайдин / Из личного архивa

Фотограф из Петрозаводска Алексей Гайдин побывал на испытаниях ледокола «Виктор Черномырдин». Легко ли попасть в арктическую экспедицию, выручает ли по-прежнему русская смекалка и чем примечателен «Виктор Черномырдин», Алексей Гайдин рассказал в интервью «АиФ».

Идем на север

Антон Соловьев, «АиФ - Карелия»: Алексей, что за экспедиция, в которой вы побывали?

Фото: Из личного архивa/ Алексей Гайдин

Алексей Гайдин: Должна была быть поездка на северный полюс, но в результате я оказался на ледовых испытаниях ледокола «Виктор Черномырдин», которые проводились в Карском море. То есть в Арктике, но не на Северном полюсе. Ледокол не атомный, и до Северного полюса он не дойдет. Он хоть и самый большой неатомный ледокол в мире, но все-таки имеет предел толщины льда, через который способен проходить.

- Тогда по какому маршруту вы прошли и в чем заключалась задача испытаний?

- Экспедиция началась в Баренцевом море, затем мы обогнули Новую Землю, а испытательный полигон располагался в Карском море в двух местах. Ученых высаживали на лед, и они замеряли его толщину, попутно выставляя охотников на носу и на корме на случай появления белых медведей. Зверей, конечно, нельзя отстреливать, поэтому первые пули резиновые. И после замеров ледокол должен был на определенной скорости проходить лед. После завершения ледовых испытаний оказалось, что относительно недалеко – в устье Енисея – стоит атомный лихтеровоз, которому требовалось пройти 27 миль на выгрузку. Поэтому у ледокола сразу появилось боевая задача: проследовать по устью Енисея, где уже не соленый лед, а лед из пресной воды. На выполнение потребовалось пять дней. Надо было не только пройти, но и расширить водный канал. Так мы поприсутствовали и на испытаниях, и на практической части. Попутно и мишек белых видели, и остатки тюленей, которыми мишка ужинал.

- А кто проводил испытания?

- Ледокол принадлежит компании «Росморпорт», они и были заказчиком съёмки. И поскольку они судовладелец, то подозреваю, что и всего мероприятия в целом.

- Если не секрет, как вы получили этот заказ?

- Я снимал свадьбу в Италии, на которой среди итальянских гостей русских было трое: я и две подружки невесты. Одна из них работала в дизайнерском бюро, которое получило заказ на портретную съемку членов экипажа. Меня пригласили. Съемка была назначена буквально на следующий день, как Путин подписал памятную табличку и поднял флаг, а ледокол официально спустили на воду. Увидев результат, и заказчик, и «Росморпорт» предложили сходить в экспедицию. Был тендер, тендер мы выиграли и оказались на борту.

Фото: Из личного архивa/ Алексей Гайдин

Разворот на месте

- Ощутим ли в Арктике приход весны?

- Ледовое поле от горизонта до горизонта, поэтому сложно сказать, что там есть весна. Возможно, ученые-зоологи могли бы по повадкам определить, что пришла весна – к примеру, в один из моментов приходила медведица с медвежатами. А так на глаз весна не чувствуется. Единственное, белые ночи, и есть подозрения, что не зима – солнце горизонта не касается. И выше 78 параллели не хотят нормально работать коптеры. Хуже ловится сигнал GPS – очень мало спутников, и коптер начинает шалить.

- А «Виктор Черномырдин» какое впечатление произвел?

- У нас в стране на все, что выглядит красиво снаружи, нужно смотреть, насколько хорошо оно сделано внутри.  Другое дело – особенность ледокола, заключающаяся в подвижной азиподе. Она представляет собой винт по центру судна с двумя подвижными «торпедами». Такая система позволяет ледоколу развернутся на месте на 360 градусов, не двигаясь носом вперед. То есть «Виктор Черномырдин» отличается повышенной маневренностью.

Фото: Из личного архивa/ Алексей Гайдин

- Трудно снимать в Арктике и работать с экипажем?

- Что до Арктики, то здесь все просто – главное, ноги в тепле. Я давно снимаю зимние проекты, поэтому зимняя экипировка для съемок у меня есть. А вот что касается экипажа, то дело обстояло сложнее. Экипаж – 30 человек, остальные 35 человек – ученые, а также представители верфей, где строился корабль, и представители компаний, которые ставили оборудование. В итоге все мужчины – только три женщины было на борту. И мы решили каждый вечер приносить на мостик порцию фотографий, снятых за день. Спустя четыре-пять дней случился переломный момент, когда суровые мужчины с щетиной и обветренными лицами вдруг заинтересовались фотосъемкой. Страх, что фотосессии – это глупости и только для девочек, мы переломили.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах