Примерное время чтения: 7 минут
123

Память хранить некому. Заонежье потеряло больше двухсот церквей и часовен

Илья Тимин / Из личного архива

Еще сто с небольшим лет назад над равнинами и заливами Заонежья высились сотни церквей и часовен, а в деревнях стояли добротные русские избы. Но времена безбожного разгула и надругательства над прошлым уничтожили памятники деревянного зодчества. Последние десятилетия наметившиеся традиции продолжили.

Утраченный филиал

Для многих жителей республики Заонежье до сих пор остается слепой зоной, затерявшейся то ли за Онегой, то ли к юго-востоку от Медвежьегорска. Между тем у некогда самой заселенной территории Олонецкой губернии – непреходящее значение. Деревянное зодчество здешних мест напрямую уходит корнями в архитектуру допетровской Руси, а затем и древнерусского государства. Как писал создатель музея «Кижи» Александр Ополовников в книге «Русский Север», во времена татаро-монгольского нашествия в северных землях не угасал огонь русской государственности и национальной культуры, традиции которой здесь сохранились в первозданной чистоте – без искажений и остановок в развитии. Фактически Заонежье – филиал допетровской Руси.

Увы, но из обширного архитектурного наследия в советское время уцелело очень немногое. Если столетие назад здесь стояли 242 церкви и часовни, то теперь только порядка 30.

Пустили на дрова

Потеря памятников происходила постепенно. В атеистических двадцатых-тридцатых годах 20 века храмы превращали в зернохранилища. При Хрущеве – в сельпо. В семидесятых-восьмидесятых антирелигиозная компания сошла на нет, но зато посеянные зерна невежества стали давать всходы. К примеру, в 1977 году сгорела Введенская церковь в деревне Сибово – туристы зашли переночевать, а Ильинскую часовню в деревне Кургеницы разобрали на дрова: рабочие приехали на сенокос – не идти же за дровами в лес.

В наше время – тенденция та же. Варваринскую часовню 1750 года постройки – стояла она в деревне Часовенская – подожгли в ноябре 2020 года. Мимо ехали на машине, остановились и подожгли. Как известно, та же участь постигла и Успенскую церковь в Кондопоге, которую спалил неадекватный подросток.

Фото: Из личного архива

«Утрата памятников – плоды нашей политики, связанной с советским строем, – говорит начальник отдела истории и этнографии музея-заповедника «Кижи», кандидат филологических наук, заслуженный работник культуры Карелии и России Светлана Воробьева.  Атеистическая культура того времени очень повлияла на сохранность храмовой архитектуры. Иконы потолка, или «неба», из Преображенской церкви Кижского погоста финны при отступлении оставили в Петрозаводске, но здесь они были порублены на дрова. Впрочем, и естественный процесс играет роль. Если в деревянном доме не жить, он разрушается. Внесло свой вклад и понятие исторических поселений, возникшее еще в 1980-х годах. Дескать, нужно сохранять памятники на местах, но потом выяснилось, что исторические поселения исчезают и хранить памятники на местах некому».

Спасти оставшееся

Трудно поверить, но единственный источник сведений о памятниках Заонежья – финн Ларс Петтеррсон. На октябрь 1942 года 24-летний лейтенант и выпускник Хельсинского университета, он предпринял детальную инвентаризацию церквей и часовен в оккупированном Заонежье. Как рассказывает искусствовед Михаил Мильчик, за полтора года Ларс Петтеррсон сделал 2533 фотографии всех 242 церквей и часовен и подготовил 237 обмерных чертежей. Вдобавок к чертежам и фотографиям он собрал устные свидетельства о заонежских мастерах и составил краткий каталог и описание всех памятников – причем с выписками из церковных архивов, если они на тот момент еще были в сохранности.

«Второго подобного случая мне в истории Второй мировой войны неизвестно», – констатирует Михаил Мильчик.

Труд финского историка архитектуры вышел в Хельсинки в 1950 году, но на русский язык он был переведен и издан в нашей стране только спустя 70 лет – в 2020 году.

«Боюсь, что в связи с угасанием деревень мы начнем утрачивать памятники даже в хорошей сохранности, – с болью отмечает Светлана Воробьева. – Например, можно взглянуть на фотографии церкви в Онеженах 1988 года и 2019-го. Там ведь никто не живет. Поэтому либо мы сейчас сохраняем на месте, либо надо говорить о перевозке. К примеру, часовню из Селецкого следовало бы перевезти в Кургеницы, где похожую часовню разобрали».

Всем миром

До второй половины 2010-х годов реставрация памятников деревянного зодчества в Заонежье велась, но в критически малых объемах. Теперь ситуация мало-помалу меняется. Как рассказала начальник управления по охране объектов культурного наследия Карелии Юлия Алипова, с 2017 года удалось отреставрировать три часовни – Георгия Победоносца в Кефтеницах, Михаила Архангела в Паяницах и Ильи Пророка в Лазарево, а единственная крупная реставрация за последние годы – Варваринской церкви из Яндомозера. В том же 2017 году управление по охране объектов культурного наследия Карелии и музей-заповедник «Кижи» начали сотрудничество с добровольческим проектом «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера». В ходе совместной работы специалисты обследовали порядка полутора десятков памятников и расставили приоритеты. В частности, в ближайшие годы решено отреставрировать церковь Александра Свирского в Космозере и храм Рождества Ионна Предтечи в Леликово.

Фото: Из личного архива/ Илья Тимин

Сопоставимую с государством роль в реставрации играют и меценаты. Так, часовню в деревне Узкие восстановило форелеводческое хозяйство по соседству – деньги вложили и в проектирование, и в реставрацию. В деревне Часовенской часовню тоже восстановили за счет местных благотворителей – реставраторы управления только консультировали. В часовне деревни Кондобережской на счет частных пожертвований выполнили поддерживающие работы. Поддержать каменную церковь в Сенной Губе и отреставрировать каменный храм Захария и Елисаветы в Клименецком монастыре тоже удалось благодаря неравнодушным людям. Храму, кстати, в прошлом году исполнилось 500 лет.

Справка

Семь церквей и часовен Заонежья имеют статус памятника федерального значения, одиннадцать – регионального, а пятнадцать – отнесены к выявленным объектам культурного наследия. Например, церковь Петра и Павла в деревне Челмужи построена в 1605 году. К памятникам регионального значения отнесены также восемь сохранившихся домов и три амбара XVIII века, сгоревших или разрушенных в 1990-е годы. Кроме того, у 60 деревянных домов – статус выявленных объектов культурного наследия. Как констатировали в 2006 году, одна треть из них – утрачена.

Фото: Из личного архива/ Илья Тимин

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах